уснуть мне сегодня не получится, потому что рассказывает есть что.
Я тяжело вздохнул и кивнул:
— Ведите.
— Далеко идти не нужно. Он в соседнем номере, на втором этаже.
Мы спустились вниз. Дмитрий встретил меня тепло. Едва увидев, обнял.
— Андрей! Да ты настоящий агент! Выполнил задание?
— Выполнил, — кивнул я.
— Я не сомневался. На Пик Победы взошел — а такое плевое дело тем более под силу.
— Не такое оно уж и плевое было — пробубнил я.
И протянул собеседнику коробочку с материалами, которые передал мне Кинг.
— Невероятно! — выдохнул Дмитрий, и осторожно, словно это была самая ценная вещь в мире, взял ее. — Просто невероятно!
— Это только часть.
— Что? — насторожился. — Как это — часть?
Я сел на стул и принялся рассказывать. Начал с самого начала, потом поведал про часы с прослушкой, которые я оставил в номере в иностранной гостинице, потому что везти с собой это не рискнул. Далее перешел на саму встречу с Кингом. На моменте, когда объяснял, почему пришлось лезть через окно и карабкаться на другой этаж, Дмитрий раскрыл от удивления рот. Закончил встречей с премьер-министром и возвращением.
— То, что часы оставил — это с одной стороны и правильно, — кивнул Дмитрий.
— С одной стороны? — удивился я.
— Ну да. Отключить прослушку ты едва ли бы смог так, чтобы это не поняли их спецслужбы. А лететь все время молча, чтобы ничего лишнего не было услышано посторонними ушами — это сложно. Так что верно, что оставил в номере. В случае чего сошлемся на забывчивость. Но с другой стороны такой козырь был бы у нас. Впрочем, по таким вещам особых вводных не было, так что все правильно ты сделал.
— А с Кингом что?
— Будем ждать, — пожал плечами Дмитрий.
— Тогда я могу идти?
— Андрей, если не сложно, расскажи все еще раз, — виновато улыбнулся парень. — Нам важная каждая мелочь. Любое сказанное слово, даже, казалось бы, вскользь, пустяковое, очень важно для нас. Постарайся вспомнить каждую деталь.
Я вздохнул и принялся все пересказывать заново.
Дмитрий часто меня останавливал, уточнял что-то, переспрашивал и второй пересказ занял гораздо больше времени. Когда я закончил, собеседник кивнул:
— Отлично! Благодарю за подробный отчет. Твое дело тут сделано.
— Тогда мы можем завтра вернуться домой? — с надеждой спросил я.
Улыбка на лице Дмитрия сползла.
— Андрей, к сожалению, пока не можете.
— Но почему⁈
— Потому что нам нужно проработать кое-какие вопросы. Андрей, ты должен понимать, что операция прошла не так гладко, как хотелось.
— Вы имеете ввиду часы с прослушкой?
— Нет, — внезапно ответил Дмитрий. — Что-то такое мы как раз-таки ожидали. Удивительно, что тебе удалось вообще вычислить их.
— Тогда что?
Я глянул на парня и вдруг понял.
— Гена?
Дмитрий кивнул.
— Нам нужно понять, что за интервью он давал. Давить на парня мы не хотим, хотя могли бы, — он недвусмысленно посмотрел на меня, — поэтому хотим просто его разговорить.
— Генка не предатель, если вы думаете, что его могли завербовать.
— Я верю в это, но есть определенные процедуры. Мы не должны рисковать. Вы поживете в гостинице пару дней, не больше. Особых ограничений нет. Звоните родителям, друзьям, если нужно куда-то сходить — пожалуйста. Только предупредите заранее меня о выходе.
Я тихо выругался.
— Понимаю тебя, — грустно улыбнулся Дмитрий. — Но предложить вам что-то другое не могу.
Пришлось соглашаться.
* * *
Два дня тянулись как резина. И даже газеты с нашими лицами и хвалебные, полные восторга статьи уже не радовали, а даже начали раздражать. Ребята тоже откровенно скучали. И только Генка был какой-то нервный и угрюмый. Я пару раз пытался с ним поговорить, но он лишь отмахивался. Потом все же проговорился.
— Меня эти ребята из КГБ уже откровенно достали! Каждый день мне допросы устраивают! Я что, виноват, что у меня интервью взяли? У всех же брали. Почему их не допрашивают?
— Потому что все эти интервью были согласованы. Кроме твоего. К тому же ты был один.
— Ты хочешь сказать, что они думают, что меня завербовали?
— Они верят, что ты правопорядочный гражданин своей страны. Но перестраховаться нужно.
— Да если бы я хотел остаться в их стране, сбежал бы из гостиницы — и все дела! — нахмурился Генка.
— И куда бы побежал? — улыбнулся я.
— Ну… — парень задумался. — В шпионский отдел, наверное. Я не знаю, как он правильно называется. Нашел бы, в общем, куда идти.
— И что бы им сказал? Что ты альпинист? И что можешь рассказать десять видов веревочных узлов и пять способов обвязки?
